В 9 утра понедельника из колонии города Энгельса на условно-досрочную свободу вышел лидер Национал-большевистской партии (организация запрещена в России) известный российский писатель Эдуард Лимонов. У колонии УШ 382/13 Лимонова встречали около 20 человек: два адвоката — московский Сергей Беляк и саратовский Андрей Мишин, с десяток соратников (четверо из которых приехали из Москвы) и примерно столько же журналистов. Как шутили нацболы, Борис Березовский, приславший Лимонову в честь освобождения бутылку коньяка, приехать не смог.

«Стояние» у ворот колонии началось с 8 утра: к этому времени все встречающие были уже в сборе и мирно покуривали. Охранники пенитенциарного заведения, смущенные видеокамерами и бутылками с шампанским, настороженно переговаривались. По словам адвокатов, освободить писателя должны были в 8.30. В начале девятого приехал начальник колонии и информацию подтвердил.

В назначенное время собравшиеся услышали звук оркестра, возвещавшего об утреннем построении, но Лимонов так и не вышел.

Напряженное ожидание, во время которого журналистам удалось договориться с охраной о том, чтобы их пропустили на территорию колонии, продлилось до 9.05. Внутренний тюремный двор оказался вполне симпатичным: ухоженные клумбы, уложенные плитками дорожки, одна из которых вела к бело-голубой церкви. Чистота и спокойствие скорее напоминало образцово-показательную армейскую часть, чем зону.

Наконец заключенный Эдуард Лимонов в сопровождении начальника колонии под щелчки фотоаппаратов вышел из двери. Он был в темно-сером пиджачке и старых джинсах, и совсем не походил на лидера радикальной левой партии. Поприветствововав журналистов, писатель прошел в кабинет начальника, где ему торжественно вручили справку об условно-досрочном освобождении. В ответ на напутственные слова «кума» Лимонов пообещал «больше не попадаться». Начальник и бывший заключенный пожали руки и расстались, довольные друг другом.

Выйдя из ворот тюрьмы, лидер нацболов выглядел беззащитным и был растроган. «Это, говорят, свобода», — произнес он, посмотрев на небо и на справку. «Неприглядно здесь как-то. У нас там розы...»

По пути к машине адвоката Лимонов успел рассказать, что за полтора месяца отсидки он написал четыре статьи в журнал «Резонанс», в которых предложил реформировать исправительную систему в России. По мнению писателя, наказывать преступников нужно не отсидкой, а отправкой, например, в Чечню или другие «горячие точки», где они бы занимались «нужным стране делом». Лимонов сказал, что если бы такой порядок существовал, он сам бы с удовольствием поехал в мятежную республику.

Кроме того, выяснилось, что в последнее утро на зоне Лимонов успел побывать на построении, позавтракать кашей с вареной рыбой и даже сходить в баню. Правда, помыться он так и не успел, потому что бригадир срочно позвал его переодеваться. По словам Лимонова, до этого момента в освобождение он не верил, так как его дату уже неоднократно переносили. А своей свободой он обязан «кому-то свыше», но только не Богу.

Судя по всему, в колонии лидеру НБП было не так уж плохо.

«Здесь у меня появились товарищи. Я всегда и везде сразу обрастаю товарищами. Кстати, есть неплохие люди, характеры есть. Не столько, конечно, как в Саратовском централе, Лефортове, но есть. Многие — и зэки, и начальство — знакомы с моим творчеством».

По подсчетам соратников, Лимонов пробыл в заключении 815 дней. «Это первая колония в моей жизни, — сообщил писатель. — До этого я сидел в трех тюрьмах, но сравнить не с чем. Знаю только, что дисциплина здесь жесткая, и этим колония славится».

Условно-досрочная свобода у Лимонова продлится до 6 апреля 2005 года. До этого времени ему придется еженедельно отмечаться в правоохранительных органах по месту жительства. «Зашью карманы, чтобы никаких не было провокаций», — пошутил главный национал-большевик, добавив, что от своих убеждений он «не отошел ни на миллиметр» и в самое ближайшее время с новой силой продолжит активную политическую борьбу. Теперь лидер нацболов собирается бороться за права русского народа за рубежом, за права зэков, а также против монополий типа «Газпрома» и РАО ЕЭС. С оружием в руках или без, бывший зэк не уточнил, сказав лишь, что в Госдуму он баллотироваться не намерен.