Доклад о работе специальной комиссии, несколько месяцев расследовавшей обстоятельства смерти эксперта по вооружениям британского военного ведомства Дэвида Келли, представил ее руководитель лорд Брайан Хаттон. Суть своего доклада он смог изложить только вкратце, поскольку полностью документ занимает 378 страниц, и это без приложений.

Главный вывод лорда Хаттона – в смерти Келли никто не виновен, поскольку он умер в результате самоубийства.

«Дэвид Келли лишил себя жизни, перерезав себе левое запястье, а его смерть была ускорена принятием таблеток копроксамола, — заявил лорд Хаттон, прежде чем зачитать доклад. — Смерти Келли не способствовали другие люди». Напомним, Келли был экспертом британского минобороны по вооружениям и покончил с собой 17 июля прошлого года в разгар скандала, поднявшегося вокруг иракского досье. Лорд Хаттон подробно пересказал, как получилось, что Келли оказался замешанным в неприятной истории.

Началось с того, что эксперт на условиях анонимности дал интервью журналисту «Би-би-си» Эндрю Гиллигану, на основе которого тот написал разоблачительный репортаж. Главная сенсация заключалась в том, что досье на режим Саддама Хусейна с обоснованием необходимости его свержения было составлено на непроверенных разведданных, включенных в текст под давлением британского правительства. В частности, речь шла об утверждении, что Ирак постоянно находится в состоянии 45-минутной готовности применить оружие массового поражения. Разоблачения вызвали много шума, а спустя некоторое время в эфире той же «Би-би-си» со ссылкой на Минобороны появилось сообщение, что источником автора скандального репортажа был Келли.

Если, согласно выводам Хаттона, напрямую в смерти эксперта не виноват никто, то косвенных виновников несколько. Больше всего упреков было адресовано журналисту «Би-би-си» и самой телерадиокорпорации.

Дело в том, что Гиллиган «непреднамеренно исказил слова доктора Келли», поскольку сам эксперт признавался близким, что не узнал своих слов в его изложении. Что касается «Би-би-си», то ее редакционную систему Хаттон назвал несовершенной, поскольку члены совета попечителей не смогли своевременно отреагировать на поступившие после репортажа жалобы и на стали перепроверять факты.

Отчасти в появлении «искаженного материала» виноват и сам Келли, поскольку он встретился с журналистом и поделился с ним секретной информацией без санкции начальства. Поэтому в разглашении его имени Хаттон ничего особенного не усмотрел, хотя и посетовал на то, что сам эксперт не был предупрежден об этом заранее. Вообще же в том, что имя Келли было предано огласке, Хаттон никакого «тайного умысла» со стороны министерства обороны не усмотрел.

На ключевом вопросе о том, соответствовало ли действительности иракское досье и утверждение о 45-минутной готовности Хусейна применить ОМП, внимание не акцентировалось. В докладе было сказано, что использовалась информация источника, который на тот момент считался надежным. В том же, что правительство вмешивалось в работу спецслужб и иногда меняло формулировки, ничего незаконного нет, поскольку информация представляла огромное общественное значение.

О роли во всей этой истории Тони Блэра, которому теоретически это расследование могло стоить поста премьер-министра, лорд Хаттон ничего не сказал.

Сразу после того как он дочитал доклад, премьер, как и планировалось, выступил в парламенте. Для Блэра это был полный триумф: «Обвинения, что я или кто-либо еще лгал парламенту или умышленно ввел в заблуждение страну путем фальсификации разведданных по поводу оружия массового поражения, действительно являются ложью».

По иронии судьбы, окончанию расследования причин смерти Келли предшествовал скандал, очень похожий на тот, с которого все началось. Утром в бульварной газете Sun вышла огромная статья с подробнейшим пересказом строго засекреченного доклада Хаттона, в которой, как стало ясно после его обнародования, все было изложено очень близко к тексту. Источников утечки могло быть всего три: заранее содержание доклада как заинтересованным сторонам было представлено семье Келли, правительству и руководству «Би-би-си». В комиссии это вызвало крайнее недовольство, а несколько членов британского парламента уже выступили с заявлениями о необходимости провести новое расследование – об обстоятельствах сегодняшней утечки.