Мало кто способен обрисовать место видеоарта в современной визуальной культуре, но узнается он сразу, по родовым признакам. Если у вас перед глазами возникает некачественное изображение в формате VHS и в течение десяти секунд вы не в состоянии понять, что за медийность такая, можете не сомневаться: это он. Преподносятся ли на экране социальные хохмы или изливаются потоки авторского бессознательного, мелькают ли кадры в клиповом ритме или застывают в томительном однообразии – не столь существенно для классовой принадлежности. А еще видеоарт легко определяется через отрицание: это не кино, не телевидение, не реклама, не изобразительное искусство. Хотя занимаются им, как правило, художники, втайне мечтающие о телевизионной популярности, рекламных доходах и кинематографическом лоске. В отсутствие всего этого как не быть нонконформистом.

Впрочем, многие действительно увлечены бескорыстно, а рвущиеся наружу амбиции – не такой уж смертный грех.

Некогда видеоарту предрекали грандиозную будущность, но триумф изрядно подзадержался, и авторы покуда клепают опусы даже не малобюджетные, а помимобюджетные.

Что называется, на коленке. Зато море энтузиазма. Как раз на нем основан уличный фестиваль «Пусто», только что стартовавший и призванный занимать сочувствующую публику в ближайшие дни. К слову сказать, именно дневной свет остается главным врагом фестиваля. Нет, не то, что вы подумали. Просто столичные власти отводят под мероприятие время «до одиннадцати», руководствуясь установленными нормативами, а у солнца собственный график. В 20.00, в момент официального начала показов, оно и не думает падать за горизонт. Публика, как на подбор миролюбивая и раскрепощенная, не спеша подтягивается к углу Лаврушинского переулка и Кадашевской набережной, располагается на газончике и за непринужденным общением изредка посматривает на кирпичную стену в ожидании видеопроекции.

Организаторы рассуждают об интервенции в городскую среду, о стирании границ между искусством и жизнью, но есть в идее такого фестиваля и менее глобальный резон. Видеоарт плохо воспринимается в традиционных выставочных пространствах. Что бы ни говорили популяризаторы новых форм, потреблять единовременно материальную статику и виртуальную динамику неудобно физиологически – все равно что книжку читать, раскачиваясь на качелях. В окружении иного искусства видео проигрывает, несмотря даже на привычку населения пялиться в голубой экран. Обособленный же фестиваль, да еще на открытом воздухе – другое дело, здесь рождается подобающая атмосфера. Вообще-то устроители собирались в этом году давать картинку на стене ЦДХ, но не срослось, пришлось расположиться на прежнем месте. Куратор Ксения Перетрухина по этому поводу сетует, хотя камерный формат фестивалю вполне подходит.

В первый вечер прогнали два десятка роликов, перемежаемых псевдорекламой из проекта питерской художницы Анны Колосовой «Магазин на диване». С равными интервалами на стене возникали персонажи из арт-тусовки двух столиц, чтобы пропагандировать бессмысленные предметы, якобы произведения современного искусства. Этой пародии двойного назначения (и на телевидение, и на художественную жизнь) не хватило, впрочем, остроумия, и вскоре она стала восприниматься с тем же безразличием, что и всамделишные рекламные паузы на ТВ. Были и ударные вещицы, явные хиты.

Восторг вызвал интерактивный проект Сергея Шутова, когда аудитория увидела на экране самою себя, зазвучал «Танец маленьких лебедей» и поползли суфлерские строчки: «пам-пам-пам-па-ра-па-ру-ра». С не меньшим успехом был исполнен «Танец с саблями» («пум-пум-бумс-бумс») и канкан («та-та-ра-та-та-та»).

Также аплодисментов удостоился – правда, скорее по инерции – ветеранский сериал Мизина с Шабуровым «Вдвоем против мафии», эдакий современный лубок, трэш от трэша. С сочувствием были восприняты короткие философские зарисовки Александры Митлянской, где всего-то и показывалось трепыхание бабочки-однодневки, упавшей в воду, да сгорание фигурной свечки под «Happy birthday to you».

Покушения фестиваля на международность подкрепились программой Marler Video-Kunst-Preis, предоставленной Гете-институтом (она продолжится и в оставшиеся вечера). Первый немецкий ролик вызвал бурю эмоций бурным эксцентризмом и впечатляющей краткостью (27 секунд), но затем последовал скучнейший сюжет на 16 минут, и тут публика начала ломаться. Сумрачный германский гений пачками погнал народ в сторону метро, к тому же дорожные рабочие взялись неподалеку долбить асфальт, а милиционеры суровели лицами, посматривая на часы. Финальное вращение огней (реальное, а не экранное) выглядело поспешной кодой, но расходились все умиротворенными. Погода способствовала успеху мероприятия.

Шоу будет продолжено на том же месте в течение еще двух вечеров, а в воскресенье клуб Bilingua запустит программу Pusto Video Taboo, то есть неподцензурные ролики. Сомнительно, впрочем, чтобы кто-то извне корректировал репертуар фестиваля; больше похоже на рекламный трюк. Ну и ничего, пусть будет как у взрослых.

Третий уличный фестиваль видеоарта «Пусто» (на пересечении Лаврушинского переулка и Кадашевской набережной). 27–28 августа, как бы с 20.00.

Программа Pusto Video Taboo (клуб Bilingua, Кривоколенный переулок, 10). 29 августа, 19.00.