На РИФ я никогда не ездил прежде, не поехал и теперь. Времени не было. А кроме того, питаю предубеждение. Опасаюсь, что мероприятие все еще не свободно от атмосферы «интернет-профессионализма». Термин «интернет-профессионал», слава богу, из широкого употребления вышел, но он все же жив и хранит память о времени, когда бытовало поверье, будто слово «интернет», приклеенное через дефис к другим словам, приносит удачу: интернет-торговля, интернет-СМИ, интернет-образование...

Однако про РИФ-то я по крайней мере знал, а вот о существовании Imagine Cup догадался только тогда, когда меня пригласили в жюри. Занятный конкурс. Microsoft, которая его затеяла, не ограничивает студиозов ничем, кроме требования использовать свои майкрософтовские технологии. То есть фактически и не ограничивает вовсе. Мероприятие пользуется у молодежи популярностью по причине далеко не символических призов трем лучшим командам национального финала и перспективы поездки в Иокогаму на мировой финал для победителя.

Главное мое наблюдение состоит в том, что студенты в этой стране меняются хотя и не радикально, но все же заметнее и быстрее, чем преподаватели вузов. Дело не в том, разумеется, что юношество знает технологии лучше своих старших товарищей. Так всегда было и так должно быть, чего ради стану я сейчас без практической нужды, с одной только академической целью, корпеть над каким-нибудь .net? Замечу, кстати, что в тех редких случаях, когда в показываемой работе ощущалась твердая рука руководившего командой догматичного препода, жюри имело дело с самыми слабыми и неинтересными проектами.

Мне очень понравилось, как молодые люди предпринимали похвальные попытки преподнести свои разработки в виде, максимально интересном не эксперту даже, а вообще любому слушателю (в зале было, кстати, около сотни студентов). Что из этих усилий выходило, другой вопрос. Иногда, увы, ничего хорошего, нечто среднее между плохим рекламным роликом и защитой диплома. Не знаю, отдавали ли себе отчет участники в том, что интерес к проекту определяется не столько качеством его исполнения и качеством презентации, сколько самой его идеей.

Система для формализованного описания рентгенограмм заведомо интереснее управления заказами пиццы, вне зависимости от качества реализации, согласитесь.

Победила команда физтеха и МГУ с технологией, позволяющей музыкантам собираться онлайн и играть в реальном времени. Не знаю, как они (студенты) это сделали, но, похоже, не врут, действительно сделали. Впечатляет. Лишь бы только доклад до Иокогамы как следует отрепетировали.

Наконец, ISDEF Spring 2005. Собираться один раза в год им, independent software developers, теперь недостаточно, устроили второе мероприятие.
Об ISDEF, как ни странно, знают куда меньше, чем о «Руссофт» (ассоциация наших офшорных программистов).

Между тем ISDEF по мере сил решает, не подозревая об этом, стратегическую задачу изменения структуры российского экспорта.

Родившиеся из shareware (есть, если кто не знает, такая форма программистского бизнеса – отладил полезную кому-то программу, очень несложным образом зарегистрировал ее и торгуй онлайн на мировом рынке) компании и отдельно взятые программисты очень быстро прогрессируют и самоорганизуются. Они вовсю работают на западных рынках, причем приходят туда со своим готовым продуктом и авторскими правами на него.

Члены ISDEF уже много чего добились, известности в том числе. Вспомню в очередной раз дело Склярова, которое фактически похоронило скандальный американский закон «о защите авторских прав в цифровую эпоху». Или организованную конгрессом США в этом месяце конференцию о проблеме соблюдения авторских прав в России, интересы нашей страны (без преувеличения) на ней представлял ISDEF. Не без участия людей из ISDEF готовился январский визит президента в Новосибирск, во время которого было объявлено о создании в стране технопарков.

Кстати, ISDEF – единственная профессиональная ассоциация, от представителей которых я слышал одобрение идеи строительства технопарков.

Технопарки могут дать, со знанием дела предполагают в руководстве ISDEF, возможность начать свое дело первоклассным программистам из провинции, которые сейчас разобщены и не могут набрать свои команды.

Когда участникам ISDEF Spring 2005 зачитали приветствие Мининформсвязи (его подписал замминистра Дмитрий Милованцев – тоже, кстати говоря, выпускник матшколы, как и многие люди из ISDEF), публика отреагировала с удивлением и не без настороженности: ну надо же, заметили, cool. Те, с кем я потом разговаривал об этом, трогательно высказывались о готовности помочь государству работой на западных рынках и на всякий случай особо оговаривали, что на участие ISDEF в проектах вроде «Электронной России» рассчитывать не следует: «Нам бюджетных денег не надо». Чудеса, не правда ли?