Я живу в Москве. За последние пару лет в пределах пешей досягаемости от дома закрылись дежурная аптека и пара-тройка круглосуточных продуктовых павильончиков. Как вы думаете, что появилось вместо них? Правильно, залы игровых автоматов. Кроме того, есть еще несколько таких залов-новостроек.

Т.е. вроде бы ничего не закрывали, никого не выгоняли, а безвкусно размалеванные сараи с лампочками снаружи и игровыми автоматами внутри появляются один за другим. Не то чтобы они мне сильно мешают жить (хотя и не помогают, это уж точно), однако раздражают дикостью. «Дикостью» в том смысле, который предполагает альтернативу цивилизованности. Ни в Токио, ни в Вене, ни в Лондоне, ни в Дублине, ни в Сеуле, ни в городе первого казино Валетте, ни, замечу особо, в Улан-Баторе ничего подобного «московской игровой системе», которая у нас назойливо функционирует на каждом московском (и не только московском) углу, нет.

Днями представился случай узнать подробнее об этом бизнесе. Принадлежит он компании с незамысловатым названием «Джекпот», которая владеет, оказывается, 172 игровыми залами в Москве и области, а также 163 залами в других регионах России. Всего в этих залах установлены 9 тысяч 717 «новейших игровых автоматов ведущих мировых производителей».

Помимо профильного игорного бизнеса, «Джекпот» с 2003 года является инвестором и учредителем телекоммуникационной компании Stec.com, которая позиционируется как «оператор спутниковой связи и системный интегратор». Stec.com арендует ресурсы спутников «Экспресс А1R» и «Экспресс - AM1», принадлежащих государственной компании «Космическая связь». Хайтек в натуре.

Узнал я об этом из пресс-релиза компании IBS, которая выполнила для «Джекпот» работы по проектированию и внедрению новейших информационных технологий для управления бизнесом.

Заинтересовавшись, позвонил Михаилу Донскому (еще не все московские казино внесли этого чемпиона СССР и игр Доброй Воли 1990-го года в Сиэтле по бриджу в блэк-листы, вследствие чего знаменитый программист ходит в игорные заведения пусть и не как часто, как на работу, но тоже вполне регулярно). В рулетку он не играет, предпочитая карточные игры. Не играет и на автоматах. Сейчас объясню, почему.

Игровые автоматы есть не что иное, как специализированные компьютеры. Каждый из них программируется точно так же, как программируется утюг. Регулятор утюга устанавливает предельную температуру нагрева, а регулятор автомата устанавливает гарантированный процент, идущий хозяину салона. Кроме того, в игровом автомате есть так называемый «контроль выдачи». Это означает, что до тех пор, пока автомат не выиграет, например, 100 рублей, он ни за что не выдаст удачливому игроку выигрыш в размере 70 рублей.

Не случайно персоналу зала игровых автоматов запрещено играть. Знание того, какое устройство способно выдать значительный выигрыш – важное преимущество.
Опасность для хозяев бизнеса представляет также сговор посетителей с персоналом (нанятый в салон пролетарий не играет сам, но может указать «богатый» автомат приятелю). Способ борьбы с этим один – тщательный статистический анализ работы игрового зала, который применяют, например, во французских игорных заведениях. Но и это не гарантирует честной игры.

По французским законам, кстати, игровые автоматы, которые работают с контролем выдачи, не лицензируются. Закон запрещает вести дело так, чтобы выигрыш игрока А зависел от успехов игрока Б. А именно так, с такого рода зависимостью, устроены автоматы с контролем выдачи.

Еще пару слов о связи бизнеса игровых автоматов с IT. По словам Михаила, один из авторов знаменитой операционной системы Unix программист Кен Томпсон на начальной стадии своей карьеры зарабатывал на жизнь ремонтом автоматов в игровых салонах (когда ему доверили изымать выручку, она, между прочим, благодаря честности Кена выросла на процентов 20% по сравнению со среднестатистической нормой).

А фон Нейман – человек, проектировавший первую ЭВМ – создал одновременно с нею теорию автоматов, которая важна для компьютеростроения не менее «Кибернетики» Винера. Еще фон Нейман соавтор теории игр, за которую была присуждена Нобелевская премия 1994 года по экономике (и которая к азартным играм не имеет никакого отношения). Раньше со словом «автомат» у IT-инженера возникали такие вот ассоциации. Однако на стадии тотальной информатизации деградируют и они.