Бессмысленно искать причины унизительного поражения правых либералов и – шире – демократов на выборах. Ответ на вопрос, почему спойлер правых получил больше на 0,1%, чем сами либералы, понятен по умолчанию: опускать – так опускать. Все это укладывается в логику политической мести за неполиткорректное поведение. Есть проблемы посерьезнее: куда денется правый электорат? Что с ним будет происходить в ближайшие годы? Появится ли политическая сила, которая станет отвечать его политическим, экономическим, наконец, шкурным интересам до такой степени, что за нее можно будет в массовом порядке голосовать (в том случае, разумеется, если институт выборов к тому времени не отменят уже не только де-факто, но и де-юре)?

В ходе нынешних выборов «кинули» не партию или партии, а электорат – самую активную, образованную, рефлексирующую группу населения.

Она в массе своей осталась в день выборов на диване, тем самым превратив «свои» партии в диванные – маленькие и непарламентские. Тошнота от политики – страшная сила: одних – большинство – она оставила дома, других – после лужниковской речи президента – наоборот, погнала на участки. Как бы то ни было, на ближайшие, как минимум, четыре года лево- и особенно праволиберальные избиратели остаются без партийного представительства. Что неправильно, потому что граждане страны, и даже ее «элита», отнюдь не целиком вовлечены в ошеломляюще доходные «шварцмановские» схемы. И среди обитателей Кремля, Старой площади, Краснопресненской набережной, Охотного Ряда есть люди не столь внушительных степеней достатка и цинизма. Не все путают интересы собственного кармана с интересами государства. Даже в этом сословии есть персонажи, для которых слово «ценности» имеет не строго ювелирное значение. И эти самые ценности у них либеральные.

Люди этого круга вместо либеральной партии будут предлагать либеральное крыло «Единой России». Из квазилегитимных политических сил это единственный потенциальный выразитель интересов праволиберального и умеренного правоконсервативного электората.

Впрочем, надежды на то, что крыло станет полноценной партией, эфемерны: в гиперцентрализованной системе власти «правокрылые» могут только минимизировать вред от наиболее одиозных инициатив своих товарищей по партии и Думе, представляющей все те же «четыре масти Советской власти», что и четыре года назад. Они слишком зависимы, слишком номенклатурны, слишком, увы, корыстны, чтобы из лоббистов превратиться в политиков. Политик не может быть таким рассудочным, как они. Он должен быть пассионарным, иначе он не политик.

Неясны и перспективы эволюции демократических партий. Спойлеров из «Гражданской силы» едва ли можно брать в расчет – партия шварцманов если и выражает чьи-то интересы, то только свои: спекулятивная либеральная риторика здесь не имеет содержательного значения.

«Яблоко» и СПС получили возможность состояться в качестве неформальных, непарламентских, уличных партий. Это – непростая судьба, особенно в период, когда политические репрессии становятся одним из инструментов управления страной.

Но это шанс, которым можно воспользоваться, а можно и упустить. Репозиционирование этих партий – это и другие лозунги, другие месседжи, другой словарь. Либеральные ценности никуда не делись – они по-прежнему лежат в основе политической демократии и рыночной экономики. А вот стать их носителями и выразителями в однополярной политической системе России еще сложнее, чем даже четыре года назад, в думскую кампанию-2003.

Можно уповать на появление новых лидеров и даже новых партий. Можно и даже, наверное, нужно. Опыт соседней Польши в этом смысле – вдохновляющий. Либеральный «Союз свободы» почти полностью аннигилировался, но на его место заступила «Гражданская платформа», которая сейчас выигрывает выборы за выборами и уже управляет страной. Но не следует забывать, что феникс польского либерализма восстал из пепла, благодаря не прекращавшейся ни на минуту нормальной работе институтов демократии – прежде всего, избирательного законодательства и свободы слова и печати.

Неискаженная информация – основа правильного выбора. А отсутствие административного давления на избирателя делает его выбор подлинно свободным. Ничего этого в России сейчас нет.

Самоорганизация молодых, ответственных, адаптивных, образованных, рефлексирующих, неравнодушных, не желающих уезжать из страны? В ближайшие четыре года такие попытки будут, только в условиях внешней несвободы и тотальной политической апатии большей части населения успех могут прогнозировать только Томас Мор в тесном творческом содружестве с Томмазо Кампанеллой.

Надо избавиться от иллюзий и признаться: для либерального электората и либеральных партий наступила пауза. Отнюдь не театральная – тут не до внешних эффектов, живым бы остаться… Пауза должна чем-то заполняться – иначе она чрезмерно затянется. Но и на близкое ее завершение не стоит рассчитывать.

У либералов и их электората есть еще один политический цикл, чтобы прийти в себя. И еще один, чтобы найти друг друга в процессе взаимной идентификации.

До 2017 года – 100-летия революции и 25-летия гайдаровских реформ – еще есть время. Только использовать его надо осмысленно. А то и оно уйдет впустую.