Ба, год кончается! Хорошо что я спохватился, а то б забыл отметить юбилей великого фильма «Dolce Vita» — сладкой то есть жизни — Феллини. Он вышел в 1959 году. Вот я не так давно его пересмотрел и по ходу дела испытал глубокие и удивительные чувства. Какая красота! Какой ужас! Они там тогда жили приблизительно так, как вот сегодня мы тут. Даже не хочется думать, как это кино выдерживали его современники — наши люди, которым удалось протыриться на какой-нибудь закрытый показ и понаблюдать за процессом загнивания капитализма. Там, если кто забыл, во всей красе показаны быт и повадки светских хроникеров и папарацци (!), людей смешных и небывалых профессий. Там вообще персонажи запросто, а не как совки 1959 года, ходят по ресторанам, покупают квартиры, ухаживают за моделями, и авто для них не роскошь, а средство передвижения. Кстати сказать, мы стали покупать приблизительно те же «Жигули», на которых они ездили на съемки, но с опозданием лет этак в 40. И сегодня наш автопром где-то там, в середине итальянского прошлого века, наша «копейка» — какой это «Фиат», 124-й? Если не считать отверточной стыдной сборки, то русские города-миллионеры – это как бы те же узбекские кишлаки, выходцы из которых собирают Dawoo.
Как роскошно это отставание от Запада на 50 лет, как оно многозначительно и остужающе. Мы, как мухи в янтаре или уж не знаю в чем, застряли в далеком прошлом. У нас и правда как в 59-м – споры о Сталине и Грозном, культ личности — спасибо, что soft, — и второй личности тоже (а это уже шаг к плюрализму), конфликты с Западом, который, правда, за это время к нам приблизился (Белоруссия и Украина), цензура и прочая туфта, разговоры о возможности либерализма...

Для сравнения можно вспомнить о том, что в том же самом 59-м производил наш советский киноцех. Пожалуйста, вот буквально сегодня утром в который уж раз – а для меня в первый – показали «Отчий дом», Лев Кулиджанов, 1959. Смотреть его не обязательно, два мира, их и наш, можно сравнить уже на стадии титров. Кто у нас там? Дед Авдей, Степанида, Нюрка, Макариха.

Но можно и посмотреть. А там будни колхоза, наивные туземцы, пьянство и воровство, изнурительный ручной труд за палочки, но есть и высокий художественный вымысел: интеллигенция так и валит в деревню на ПМЖ из Москвы и Питера, который в кино фигурирует под псевдонимом Ленинград. Мелькнула там и редкая поговорочка: «хоть церковь ограбь, а 5000 отдать надо». Конечно, Кулиджанову ни к чему было заострять внимание на том, что беспаспортные колхозники – это практически крепостные, а то бы мы вынуждены были кинуть взгляд еще глубже в прошлое, в 1861 год, когда временно (до 1929 года) отменили крепостное право.

И вот вам еще милый юридический привет из 59-года. Там отрицательная героиня (потом перековалась) поймала с поличным девушку (украла мешок комбикорма), которой покровительствовал председатель колхоза, весь насквозь позитивный ветеран войны, молодой кудрявый красавец. Случившийся рядом отрицательный персонаж тут же кидается писать заявление в прокуратуру. Председатель страдает, мучится секунд 20, не зная как поступить, а потом принимает единственно верное решение: выхватывает у злодея заявление и рвет на мелкие куски. Трусливая тварь, которая хотела законопатить воровку, умыта и убегает, боясь получить пинок. Законности захотели, гады? Лезете в спор двух хозяйствующих субъектов – председателя колхоза и его колхозницы? Все кончается хорошо, и председатель даже выдает девицу замуж за хорошего парня. Так, кстати, поступали помещики – лично вершили правосудие, хорошо пристраивали симпатичных девиц, найдя себе новую пассию… (Все-таки повествование сползло к крепостничеству.)

Но вот оба фильма про сладкую жизнь — и нашу, и чужую — кончились. В зале зажегся свет. И что же дальше? Как будем жить?

Вот Гайдар недавно заявил, что к 2050 году мы выйдем на уровень Германии.

«Хоть внуки поживут красиво!» – подумал было я, но потом дочитал гайдаровскую мысль до конца: на уровень Германии — каким он был в 2000 году.

Что же касается дорог, то их немцам построил еще фюрер, так что отставание еще серьезней, чем кажется.

Это как в анекдоте.

«— А при коммунизме деньги будут?
— Нет, товарищи, я ж вам уже все объяснил, — говорит лектор.
— Господи, да когда ж они будут?»

Хотя, может быть, Гайдар слишком уж пессимистичен. Возможно, мы с Германией совершенно сравняемся через 40 лет, сделавшись к тому времени двумя братскими исламскими республиками…