Героя заказывали?

Как известно, лучше всего публика клюет на сильные эмоции. «Голосовать сердцем» предлагали опытные политтехнологи массовому электорату, это сработало.

Сердечные склонности российского зрителя кинематографисты изучают уже второе десятилетие, и пока однозначно можно сказать только одно: публику тянет к сильным мужчинам с детскими пухлыми губами, плечистым и крепким, добрым, но жестким, немногословным, но нежным, желательно с оружием в умелых руках.

Они появляются ниоткуда, но вовремя, спасают мир, зрителя и — иногда кассу. Старшие братья, суровые парни, выбирающие войну, а не мир.

Героя, способного выразить время, воплотить чаяния народные, очень хотят создать все кинокомпании-лидеры, получившие от государства большие бюджеты для создания нового русского мифа. Ищут его в далеком прошлом и в фантастическом будущем, в советской мифологии и в дореволюционной истории, среди военных и среди студентов. «Ищут давно, Но не могут найти, Парня какого-то, Лет двадцати…»

Таким был Данила Багров, единственная настоящая любовь массового российского зрителя, и с тех пор такими старались быть все кинематографические герои: парни из «9 роты» Бондарчука, Волкодав из одноименного фильма, Фандорин «Турецкого гамбита», даже хоккеист Харламов в исполнении Данилы Козловского.

Мститель Петра Федорова из «Дуэлянта» в этот ряд как будто отлично вписывается.

Когда продюсер выбирает сюжет для будущего блокбастера (фильма, потенциально способного собрать большую кассу), он реально многим рискует, даже если деньги по большей части государственные. Поэтому старается угадать, найти верный ход, выбрать то, что сработает наверняка. И хотя тайна кино в том и заключается, что успеха ничто не гарантирует, все же очень хочется подстелить соломки, использовав то, что зрителю нравилось в прошлый раз, и добавив к этому толику нового, не слишком большую (известно, что зритель не любит нового), но и не слишком малую (ибо зрителю все быстро наскучивает).

«Дуэлянта» представляли публике как «абсолютно зрительский фильм», с «драматичной, захватывающей и волнующей историей, с неожиданным и сильным героем», но он предсказуемо не заинтересовал массовую российскую аудиторию, которая не то чтобы не приняла, а не пошла смотреть. Тема не понравилась. Зато более избирательную публику, как и следовало ожидать, это предложение заинтриговало, фильм обсуждают, и мнения весьма расходятся.

Выбирая между злом совершенным, воплощенным в графе Беклемишеве (Владимир Машков), и злом ситуационным, зрители не в состоянии склониться ни на чью сторону.

Кто-то видит в фильме апофеоз насилия, жестокий мир, устроенный «по понятиям», где всегда побеждает сильный, а для других «это совершенно антипутинское кино. Антирежимное даже». Но зритель не готов признать в главном персонаже «Дуэлянта» — настоящего, действующего от его, зрителя, имени, Героя, с которым можно связать свои надежды. Кто-то видит в Яковлеве убийцу, кто-то жертву, кто-то — романтического Демона, а для кого-то ясно, что «парень просто запутался… Убил пятерых, но в душе-то он хороший», но никто не готов к идентификации с этим персонажем, хотя казалось бы выполнены все условия: этот человек незаслуженно обижен, он обладает суперумением (стреляет без промаха), он красив и смел, и он «хороший» человек. Но не Герой.

Дело в том, что «Дуэлянт» — вовсе не зрительское кино, это фильм авторский, и вот почему. Режиссер Мизгирев сознательно нарушает все правила, призванные укрепить зрителя в любви к герою. С самого начала Яковлев представлен как человек несимпатичный, холодный убийца, и только потом, очень постепенно публике объясняют, что он не так уж и виноват, «не мы плохие, жизнь такая»... Для оправдания главного персонажа фильм показывает ужас и греховность окружающего мира, буквально погрязшего в грязи.

Герой вам плох? А все остальные куда хуже, нет ничего ценного, красота обманчива, роскошь унижает, а аристократизм с изнанки выглядит отвратительно.

Но постепенно восстанавливая репутацию Яковлева, режиссер не учитывает одного важного обстоятельства: мотивировки героя не совпадают с внутренним мироощущением зрителя. Потому что чего хочет дуэлянт Яковлев? Он хочет справедливости, ему надо наказать обидчика, восстановив свою честь. Но честь на хлеб не намажешь, и, выбирая между честью и жестокостью, зритель, кажется, готов махнуть рукой на оба ваши дома, уж больно все у вас запутано. Настоящий герой России должен защищать что-то понятное, общее для всех: друзей, семью, родину. Тогда ему готов сочувствовать массовый зритель.

Не честь, но мир он должен бы восстановить, индивидуалист проклятый.

Среди фильмов, ставших успешными в прокате за последние десятилетия, был и герой совсем иного, не магистрального у нас типа. В двух «Дозорах», Ночном и Дневном, его сыграл Константин Хабенский. Антон Городецкий в своем роде, конечно, супергерой, но он, как и Гарри Поттер, не мачо, не стрелок, не убийца и не воин. Он интеллигентный, умный, сложный, не предсказуемый, не безупречный — в общем, очень узнаваемый и понятный. Его суперспособности не меняют его обычного человеческого характера, он просто пытается выполнять свою работу.

Интересно, что сейчас на экраны вышел новый фильм с Константином Хабенским. Это малобюджетный «Коллектор», снятый за семь дней чуть ли не одной камерой, антиблокбастер, где в кадре, кроме Хабенского, вообще никто не появляется. Минималистский по средствам фильм вызвал тем не менее весьма благосклонную реакцию. Люди прощают ему несовершенство сюжета, многочисленные условности, натяжки и изобразительную скудость. Зато в этой картине, созданной вообще без всякой государственной поддержки, по личной инициативе режиссера и продюсера Алексея Красовского, есть актуальная тема, понятный персонаж и очень ясный мотив. Хотя, в общем, фильм тоже о мести, а главный герой с самого начала тоже показан как плохой человек.

Успех этого скромного фильма (а его очень хорошо приняли на многих фестивалях, да и в прокате для такого рода кино у него приличная наработка на копию, то есть его заметили, в отличие от многих других) обеспечен прежде всего участием Хабенского. Этот замечательный артист, как и в фильме «Географ глобус пропил», сразу обозначает узнаваемый и понятный тип человека: инфантильного и слабого, но в глубине души доброго и человечного. Это набор мужских качеств у нас в чести со времен Жени Лукашина из «Иронии судьбы».

Плохо только то, что поклонники такого кино редко ходят в кинотеатры.

Основной же массе кинозрителей все же нужна история «настоящего героя», человека с ружьем и без рефлексий. Ружья и пистолеты в «Дуэлянте» были настоящие, антикварные, найденные на аукционах в Европе. Но это оказалось слишком сложно для массовой аудитории, ей бы чего попроще — с тачанкой и пулеметом «Максим».