Моя подруга Лена работает в книжном магазине Финдусом. На самом деле это маленькая книжная лавочка, где для детей устраивают небольшие представления, проводят игры и прививают любовь к чтению. Финдус, если кто не знает, — любимый котенок Петсона. А Петсон — герой произведений шведского писателя и художника Свена Нурдквиста. Так вот, моя подруга все эти новогодние каникулы проработала котом. — На кого я похожа? — спрашивала Лена у своей пятилетней дочки, нарисовав себе усы. — На маму, у которой испачкано лицо, — отвечала девочка. — А на котенка не похожа? — с надеждой уточняла Лена. — Котенок — это маленький мальчик, а не мама, — заявляла дочка.
Петсон у Лены тоже был. Но он уж очень сильно вжился в роль брюзжащего, не очень коммуникабельного старичка, который предпочитает контакты с курами общению с соседями. К тому же
Петсон имел обыкновение оттягивать накладную бороду и с остервенением чесаться на глазах у детей.
В остальное время он рефлексировал по поводу своей неудавшейся судьбы и грозно вращал глазами, пугая детишек. Лене пришлось встать на задние лапы и вести программу целиком — от и до. И все было бы ничего, если бы к ней не подошел маленький мальчик. — А коты любят конфеты? — спросил малыш. — Мяу, — ответила Лена, — очень любят! — Тогда ешь, — заявил ребенок и протянул карамельку. — Я потом, можно? После обеда. Никто же не ест сладкое до обеда! Мяу, — сказала Лена. — Ешь! — потребовал ребенок. — Ты же Финдус, а Финдус никогда не слушается Петсона и делает все по-своему.
Лена еще раз мяукнула, развернула карамельку и положила в рот, наевшись заодно и синтетической шерсти с лап. — Очень вкусно, мяу, — сказала она и в этот же момент почувствовала, как карамелька приклеилась к зубной коронке.
Остаток представления котенок в исполнении Лены ходил с флюсом и говорил невнятно.
Даже Петсон очнулся от своих тяжких раздумий и с удивлением посмотрел на партнершу. Вместо того чтобы мяукать, Лена была вынуждена шипеть. А поскольку несколько волосков с лап все же остались у нее во рту, она еще и пыталась отплеваться. — Совсем как наша Дуся, когда ее тошнит! — радостно сообщила всем собравшимся девочка постарше. — Помоги, — прошипел Финдус Петсону. — Если я вытащу конфету, останусь без коронки и вообще без зубов!
Но Петсон не внял просьбе и начал хохотать. Лена вела интеллектуальную игру и осторожно щупала языком зубы. Часть конфеты приклеилась и к нижнему зубу, так что у котенка оказалась парализована правая часть лица. — Воды мне принеси, — не по-кошачьи рявкнула она на Петсона.
Но тот опять зашелся истерическим смехом.
До конца представления Лена ждала, что карамель уже наконец растает и верхняя коронка и нижняя пломба останутся на своих местах. Но конфета оказалась стойкой.
Лене приходилось уходить за книжный стеллаж и пытаться ускорить процесс отлипания — она пила воду, чай и в зеркале пыталась разглядеть масштабы бедствия. — Мам, а почему кот все время убегает? — спросил тот самый малыш. — Писать хочет, наверное, — ответила мама. — Я хочу посмотреть! — заявил малыш. — Он в лоток ходит специальный, — со знанием дела объяснила девочка, — а потом лапами скребет, зарывает. — Мама, я хочу посмотреть! — закричал малыш. — Смотри рисунки в книжке. Мы же за этим сюда пришли! — велела мамаша. — Нет, это неинтересно! — А еще кошки свою шерсть могут срыгивать, — не успокаивалась всезнающая девочка, — такими шариками. И иногда язык забывают в рот засунуть, так и ходят. — Мама-а-а! Пусть Финдус так сделает! — потребовал мальчик.
Нет, все закончилось хорошо — Лене не пришлось рыться в лотке. Только после представления к ней подошла мама того малыша и строго сказала: — Вы же с детьми работаете. Разве так можно? От вас даже пахнет!
От Лены действительно пахло: костюм кота был старый, списанный из костюмерной детского театра.
Стирать этот артефакт было нельзя, только проветривать. Хвост, как и уши, отваливался. А шерсть стояла дыбом. — Скажите, а как конфета называлась? — спросила у родительницы Лена. — «Сливочный ликер», а что? — обиделась мама. — Ничего, буду знать.
