Цивилизация
Давно известно, бюджетные деньги, выделяемые на музейные приобретения, имеют свойство заканчиваться, едва начавшись. Гораздо чаще наши главные художественные сокровищницы пополняют свои закрома за счет спонсорских средств. До недавнего времени таковые регулярно находились, подтверждением чему служит выставка рисунков Репина в Третьяковке. Куплены они были еще в 2007 году, но долгое время их атрибутировали и реставрировали, так что до показа населению дело дошло только сейчас.
Коллекция из 25 рисунков проделала некогда извилистый путь, перейдя из рук потомков художника, осевших в Мюнхене, к семейству других русских эмигрантов.
У графини Ольги Лилиенфельд-Тоаль они и были приобретены (как водится, дама всегда мечтала, чтобы эти произведения в итоге вернулись в Россию). Правда, ценность этого собрания в глаза не бросается, мягко говоря. Если кто ожидает увидеть роскошные подготовительные штудии к «Ивану Грозному, убивающему своего сына» или к «Запорожским казакам», сочиняющим письмо турецкому султану, тот наверняка будет разочарован. В основном здесь фигурируют быстрые зарисовки с натуры и почти схематические эскизы композиций. Они связаны с масштабными полотнами лишь глубоко внутренне, демонстрируя, «из какого сора» вырастают великие произведения.
Для наглядности музейщики даже поместили в зале фрагменты живописи, чтобы стало яснее, что здесь к чему. Кстати, в одном случае процитировано полотно вовсе не Репина, а Ивана Айвазовского. Тот попросил коллегу вписать в прибрежный пейзаж образ мятущегося поэта – речь шла о картине «Прощание А. С. Пушкина с морем». Илья Ефимович в просьбе не отказал. На карандашном эскизе можно увидеть первые попытки разобраться с поставленной задачей.
Рисунков не так уж много, но относятся они к самым разным периодам биографии художника – от академической скамьи до последних лет жизни.
Скажем, сохранились портретные зарисовки для поздней, уже 1920-х годов, картины «Финские знаменитости», которую Репин преподнес в дар Финляндскому художественному обществу. А из ранних творений примечателен рисунок, сделанный со скульптуры Микеланджело «Скорчившийся мальчик» – эту позу юный автор использовал в своем полотне на сюжет из древнегреческой истории. Любопытен и скетч с Максимом Горьким, читающим вслух свое новое произведение в гостях у Репина в «Пенатах».
Некоторые из изображенных персонажей, впрочем, так и останутся неопознанными. Однако каждому рисунку найдена биографическая привязка, все они сообщают что-нибудь любопытное о творчестве автора. Как ни крути, Илья Репин остается культовой фигурой для отечественной истории искусства.
По соседству и в рамках общего информационного повода Третьяковская галерея презентует полотно Александра Литовченко «Царь Алексей Михайлович и Никон, архиепископ Новгородский, у гроба чудотворца Филиппа, митрополита Московского».
Ход странноватый, но с некоторыми натяжками объяснению поддается: во-первых, это современник Репина, во-вторых, тоже передвижник, в-третьих, мастер исторической картины, хоть и менее удачливый.
Главное же обстоятельство – картина отреставрирована на деньги того же спонсора.
До сего дня полотно никогда не покидало запасника. Кисть живописца запечатлела момент перед интронизацией Никона на патриарший престол.
Для образа харизматичного иерарха позировал знаменитый критик Владимир Стасов – на этом список интересных подробностей вроде бы исчерпывается. Впрочем, живопись вполне добротная и в некотором смысле даже актуальная.
В первый момент возникает мысль, что устроен показ полотна чуть ли не конъюнктуры ради – мол, подгадали к недавней интронизации нового патриарха.
По размышлении, впрочем, мысль эта представляется довольно глупой. Реставрационные работы начались давным-давно, задолго до кончины прежнего патриарха и выборов следующего. К тому же музейщики никаких верноподданнических чувств по отношению к клиру выражать не обязаны. Да и вообще, назвать подобную историческую перекличку удачной вряд ли бы у кого язык повернулся, учитывая неоднозначность фигуры Никона. Словом, просто совпало. Вполне вероятно, теперь вещь попробуют пристроить в основную экспозицию, хотя это не так уж просто – там хватает настоящих шедевров.
