Цивилизация
Ирина Константиновна Архипова родилась 2 января 1925 года в Москве. Как вспоминала сама певица, многие поколения ее семьи были очень музыкальны: отец Константин Иванович, не имея певческого голоса, играл на рояле и гитаре, а песни матери Евдокии Ефимовны были одним из первых детских воспоминаний Архиповой. Несмотря на любовь к музыке, время, как водится, вносило в жизнь свои коррективы: отец будущей певицы был строителем-железнодорожником, потому что так велел долг ― в 1920-х было не до песен. Он даже запретил матери петь в хоре Большого театра, куда она прошла прослушивание. В свою очередь, склонность Ирины к занятиям музыкой Константин Иванович поощрял ― первые пробы на музыкальном поприще Архипова делала в школе имени Гнесиных.
Тем не менее музыка оставалась для нее хобби, и свое будущее она видела только в архитектуре.
Когда началась война, семья эвакуировалась в Ташкент, и, закончив там школу, Ирина поступила в переехавший сюда же МАРХИ. Позднее, отвечая на вопрос, как она стала певицей, Архипова отвечала: «Окончила архитектурный институт». Дело в том, что институт помимо основной специальности давал самое широкое образование, и здесь Архипова продолжала занятия музыкой в вокальном кружке под руководством Надежды Малышевой. Впрочем, пение все еще оставалось, скорее, серьезным увлечением. Закончив институт, Ирина Константиновна получила распределение в «Военпроект», где, в частности, занималась проектированием ряда зданий МГУ на Воробьевых горах.
Карьера архитектора оказалась для Архиповой успешной, но недолгой.
В 1948 году в Московской консерватории открылось вечернее отделение, и Ирина Константиновна стала совмещать обучение там с работой архитектора. Тогда же случились и первые публичные выступления. Когда пришло время окончания консерваторского обучения, Архипова, чтобы определиться с выбором профессии, взяла годичный отпуск и в итоге в архитектуру так и не вернулась. Впрочем, и до триумфа певице было еще далеко.
Дважды проходила она прослушивания в Большой театр и дважды проваливалась.
Консерваторский педагог Леонид Савранский был возмущен тем, что одна из его самых талантливых учениц почти не поет, и в результате Архипова без всяких проб поступила в Свердловский театр оперы и балета, где в те годы пел знаменитый бас Борис Штоколов. С этого момента певческая судьба Архиповой наконец круто пошла в гору. Она работала в театре, побеждала на конкурсах, пела в Кремле и в результате приказом Минкульта СССР была переведена в Большой театр.
И первая же роль ― Кармен ― принесла Архиповой всесоюзную славу.
Ролей становилось все больше, она исполняла сложнейшие оперные партии, ее окружали на улицах, признавались в любви… Ирина Константиновна мгновенно стала главным советским оперным достоянием. Чтобы перечислить все ее гастроли и всех, с кем ей доводилось петь, не хватит никакой газеты. Скажем лишь, что своим главным сценическим опытом певица считала выступление в Оранже дуэтом с Монтсеррат Кабалье в опере «Трубадур», отозвавшееся в газетах возгласами
«Триумф Кабалье! Коронация Архиповой!».
Закончив оперную карьеру, она продолжала выступать в концертах, пела романсы и оперные арии, а в 1986 году возглавила Всесоюзное музыкальное общество (ныне Международный союз музыкальных деятелей). В 1993 году она создала Фонд Ирины Архиповой, который до сих пор занимается помощью молодым музыкантам. Она лауреат, кажется, всех возможных государственных премий и наград ― от Героя Социалистического Труда до российской оперной премии Casta diva.
Жизнь Архиповой, фактически ровесницы века, стала отражением жизни советской и российской оперы. Всю свою жизнь без остатка Ирина Константиновна посвятила служению любимому делу, и именно поэтому она считала свою жизнь счастливой: «Я была счастлива своими родителями, своими близкими, своими друзьями, счастлива своими учителями и своими учениками. Я всю жизнь занималась любимым делом, объездила почти весь мир, встречалась со многими выдающимися личностями, имела возможность делиться с людьми тем, чем одарила меня природа, ощущать любовь и признательность своих слушателей и чувствовать, что мое искусство нужно многим. А ведь это так важно каждому из нас ― знать о своей нужности».
