Цивилизация
«Самой большой неожиданностью для меня по-прежнему является то, что я занимаюсь актерской профессией, — говорил Тараторкин в одном из своих интервью, данных накануне 65-летнего юбилея. — В детстве мечтал стать учителем». После школы он пошел работать в ленинградский ТЮЗ просто ради заработка. Причем шел устраиваться учеником художника, но пришлось занять место осветителя. «И если бы не встреча с главным режиссером театра Зиновием Корогодским, моя судьба, скорее всего, сложилась бы иначе», — говорил артист. Собственно, легкой жизни ему судьба не обещала: его семья рано осталась без кормильца, и о матери с сестрой пришлось заботиться именно ему. В ленинградском ТЮЗе он на долгие годы и остался, став для Корогодского не только учеником, но и артистом-талисманом.
В знаменитом питерском ТЮЗе он сыграл свои первые главные роли — в «Гамлете» и «Борисе Годунове».
В 1974 году перешел в столичный Театр имени Моссовета, артистом которого оставался до последнего времени, — и здесь сыграл во всех тех спектаклях, которые составили в 70–80-х славу и историю театра: Каренина в «Живом трупе», Ивана в «Братья Карамазовых», Орехова в «Максиме в конце тысячелетия», Жюльена Палюша в «Не будите мадам». Здесь он, уже в более возрастном амплуа, снова стал актером-талисманом — на этот раз для одного из ведущих российских комедиографов Юрия Еремина.
В кино талант Тараторкина раскрылся, возможно, не так сильно, как в театральных работах. Сниматься он начал в середине 60-х — вскоре после окончания студии при ленинградском ТЮЗе, появился в ролях второго плана в «революционных» картинах — «Софья Перовская», «Гроза над Белой».
В 1969-м молодому актеру досталась и главная роль — в поставленной Львом Кулиджановым экранизации романа Достоевского «Преступление и наказание» он сыграл Родиона Раскольникова,
и созданный актером образ, по отзывам, был лучшим киновоплощением этого литературного героя; создатели фильма (и Тараторкин в том числе) получили за этот фильм Государственную премию. Сам актер потом сыграл этого персонажа в Театре имени Моссовета — в спектакле Юрия Завадского «Петербургские сновидения». В фильмографии Георгия Тараторкина более 60 ролей, но сравнимой с ролью Раскольникова, пожалуй, не было — а сам этот персонаж стал прочно ассоциироваться именно с артистом. Который, в свою очередь, признавался, что ждет каждой возможной встречи с мятущимся убийцей из «Преступления и наказания». «В отличие от процентщицы Алены Ивановны встречу с Раскольниковым я воспринимаю как подарок судьбы», — пошутил он в одном из интервью.
Он играл в «Чисто английском убийстве», «Маленьких трагедиях», сериале «Богач, бедняк», «Лунной радуге», «Дюба-дюба»; в российском кино ему тоже доставались роли второго плана — в сериалах «Не родись красивой» или в недавней нашумевшей «Таинственной страсти».
Еще одна грань таланта Тараторкин раскрылась довольно поздно — в 1996-м он стал педагогом, набрал курс во ВГИКе.
К своим первым выпускникам до последних дней относился как к родным детям, признаваясь, что именно из-за этой ответственности не готов набирать новых. Его учениками стали Владимир Вдовиченков, Нелли Уварова, Александр Волков и другие актеры, за судьбами которых Георгий Георгиевич пристально следил и при каждой возможности старался помочь.
Тараторкин всегда обладал сокровищем, за которое любой ветеран сцены даст дорогую цену — сыновнюю любовь и признание молодых коллег.
С 1997 года и до самой кончины он оставался бессменным президентом премии и фестиваля «Золотая маска»,
ежегодно собирающего воедино всю театральную Россию и представляющую жителям Москвы, регионов и зарубежья все лучшее, что производит на своих сценах наша страна, до сих пор остающаяся одной из первых театральных держав мира. «Золотая маска» знала разные времена, но в любых трудных ситуациях Тараторкин, прошедший школу заботы о младших еще в юности, вставал на ее защиту. И использовал весь свой авторитет для помощи коллегам.
Когда уходят актеры старой школы, принято говорить «ушла эпоха» — эта формула всегда работает, она всегда справедлива.
Однако в случае с Тараторкиным она не совсем точна — другого такого актера на российских экране и сцене просто не было. В разгар советской эпохи он показал, что даже в условиях развитого соцреализма артист может быть красивым, умным и тонким одновременно, строить роль на полутонах и неизменно влюблять в себя новых и новых зрителей, в памяти которых Тараторкин останется навсегда.
