Цивилизация
Завершая свое недавнее ближневосточное турне вице-президент США Майк Пенс вновь, обозначил позицию нынешней администрации Белого дома, назвав иранскую ядерную сделку «катастрофой». Эти слова второй по статусу человек в Вашингтоне произнес выступая в парламенте Израиля. В ходе своей речи Пенс раскритиковал разработанный и принятый в последние годы администрации Барака Обамы Совместный всеобъемлющий план действий (СВПД) и добавил, что США больше не сертифицируют это соглашение.
«Иранская ядерная сделка — это катастрофа. США больше никогда не сертифицируют это плохо продуманное соглашение. По указанию президента [США Дональда] Трампа мы работаем над эффективными и долгосрочными механизмами сдерживания ядерной и ракетной программ Ирана», — заявил Пенс.
Многие страны уже выразили свою обеспокоенность по поводу планов США выйти из СВПД, хотя этот шаг и был вполне ожидаем, так как фигурировал среди предвыборных обещаний Дональда Трампа.
Так, глава МИДа РФ Сергей Лавров предупредил, что при выходе США из ядерного соглашения начнется «куча-мала».
«Если разрушается ткань правовых договоренностей, согласованных между ведущими странами в том или ином конфликте, тогда будет куча-мала, каждый сам за себя. Это будет очень печально», — высказался Лавров.
В свою очередь глава МИД Великобритании Борис Джонсон назвал сделку с Ираном «значительным достижением», которому фактически нет альтернативы.
«Не думаю, что кто-нибудь предложит лучшую альтернативу», — заявил Джонсон. Напомним, что СВПД было принято как политическое соглашение между группой государств (США, Великобритания, Франция, Германия, Китай и Россия) и Ираном. Суть договоренностей состояла в том, что Иран замораживает свою программу разработки ядерного оружия в обмен на снятие экономических санкций с Исламской республики.
Отказ США принимать участие в «ядерном соглашение» означает возобновление санкций в отношении Ирана со стороны Запада, и соответственно к ухудшению состояния экономики Ирана, которая и так терпит бедствие. На этом фоне в канун 2018 года в городе Мешхеде — втором по величине городе Ирана — начались массовые протесты. Вскоре движение охватило и другие города Ирана, в том числе столицу Тегеран. Изначально протестующие выступали с лозунгами против повышения цен на бензин и продукты, а также с требованием исправить тяжелую экономическую ситуацию в стране. Однако вскоре лозунги сменились на антиправительственные.
Одним из главных разочарований стало отсутствие значительных изменений в уровне жизни после принятия СВПД и снятия санкций.
По больному месту персидского режима немедленно ударили из Вашингтона. Дональд Трамп в своем Twitter писал, что лично следит за протестами и нарушениями прав протестующих, выражал им поддержку.
«В Иране провал на всех уровнях, несмотря на ужасное соглашение, заключенное между ним и администрацией Обамы. Многие годы великий иранский народ страдает от репрессий. Они соскучились по еде и свободе. Наряду с правами человека материальные блага Ирана были украдены. Время для изменений», — заключил американских лидер.
МИД же России, как-бы отвечая Трампу, призвал не вмешиваться во внутренние дела Ирана. Кроме этого, ведомство выразило надежду, что ситуация разрешится мирным путем, а не пойдет по «сценарию кровопролития и насилия».
По мнению доцента Института общественных наук РАНХиГС Сергея Демиденко, действия Трампа диктуются не внешнеполитическими, а внутриполитическими соображениями. Трамп внесистемная фигура, он вынужден выстраивать линию, которая отвечает представлениям о мире того контингента, который голосовал за него. «При этом он понимает, что палку перегибать не надо, — прокомментировал эксперт «Газете.Ru». — Он не глупый, понимает, что СВПД — это большое достижение. Ставить все под угрозу он не будет, скорее, будет только говорить об этом».
Старший научный сотрудник Института востоковедения РАН Владимир Сажин считает, что в этой ситуации все зависит от ЕС. Европейцы очень заинтересованы в иранском рынке, но если Вашингтон им поставит ультиматум «либо бизнес в Иране, либо в США», они, конечно, выберут США.
Изначально Тегеран обвинял в массовых протестах «врагов за границей», сговорившихся против Ирана. Верховный лидер страны аятолла Хаменеи заявил, что протесты проходят под предводительством иностранных «врагов», которые всеми средствами, включая «деньги и оружие», пытаются навредить власти. Подразумевал он, вероятнее всего, главных соперников и заклятых врагов шиитского Ирана в регионе — суннитскую Саудовскую Аравию.
Президент Ирана Хасан Роухани тем временем высказал мнение, что не все, кто вышел на улицу — враги государства. Есть и те, кому действительно сложно, и они решили высказать свою позицию.
«Не все люди на улицах — те, кем руководят иностранцы, есть те, кто протестует в связи с собственными чувствами и проблемами», — считает Роухани.
По мнению Демиденко, в протестах нет никакого иностранного элемента. Просто Тегеран не может выступить и сказать: «Да, мы довели страну до такого состояния, что люди на улицу выходят».
Своеобразным ответом на массовые протесты стало распоряжение Али Хаменеи о начале приватизации части имущества Корпуса Стражей Исламской революции (КСИР) — элитного формирования, подчиненного непосредственно аятолле. По мнению Хаменеи стражи, контролирующие треть экономики Ирана, должны заниматься своей основной функцией — продвижением «исламской революции», а бизнес, которым они владеют, назвал «неуместным».
КСИР имеет широкое религиозное, политическое и военное влияние. Основные функции — защита независимости, территориальной целостности государства и исламского строя. Кроме этого, в функции КСИРа входит распространение господства ислама, ведение борьбы с «подрывными элементами» на территории Ирана, содействие осуществлению мусульманских идей в мире, помощь силам охраны общественного порядка.
По мнению Сергея Демиденко, КСИРу придется отдать часть контролируемого бизнеса, их никто спрашивать не будет. Но если уже за них взялись, а такого никогда не было, то это говорит о том, что в Тегеране совсем не все спокойно. Значит ситуация с экономикой действительно достаточно серьезная.
Сажин из Института Востока РАН объясняет, что КСИР — это государство в государстве, мощная экономическая структура. Поэтому борьба будет жестокой, просто так они деньги и влияние не отдадут.
