Цивилизация
Феноменальный 23-летний российский лыжник Александр Большунов в этом году неудержим. Его отрыв от Йоханнеса Клебо в общем зачете Кубка мира составляет уже 425 очков, и хотя впереди еще остаются «Ски тур» и «Сприн тур», а также заключительный этап соревнований в канадском Кэнморе, мало кто сомневается в том, что Сан Саныч в этом году станет первым россиянином в истории, который завоюет Большой хрустальный глобус.
Пожалуй, очередное подтверждение этому утверждению дала норвежская достаточно авторитетная газета Dagbladet, на страницах которой вышел провокационный материал журналиста Эстена Сетера об Александре, его успехах... и не только.
64-летний автор, который может быть известен российским болельщикам по нетленным статьям «Обманули и выиграли», «Нет убедительных доказательств вины России» и многим другим, обличающим отечественный спорт за махинации во время Олимпийских игр в Сочи в 2014 году, на этот раз вроде бы восхищается мощью и статью уже взошедшей звезды мирового лыжного спорта.
Сетер рассказывает о том, что Большунов в этом сезоне выиграл больше всех 15-километровых дистанций, которые сам журналист называет «настоящим лыжным спортом», в каком-то мере противопоставляя все увеличивающемуся в последние годы числу спринтов, где сильнее всех как раз норвежец Клебо, действующий обладатель Глобуса.
Сетер вроде бы восхищается победой Большунова в гонке в Фалуне, где Александр выиграл оба промежуточных спринтерских финиша, поддержал все норвежские попытки отрыва, а в итоге сам дернул пелотон в решающий момент так, что поддержать темп смог только Шюр Рете, которому все равно не хватило сил сражаться с россиянином на финише.
Вспоминает журналист и победу Большунова на Тур де ски, где он буквально разорвал всех своих соперников, не оставил шансов даже Сергею Устюгову с Клебо.
Автор напоминает об отсутствии в двух гонках этапа в Фалуне получившего глупейшую травму Клебо, после чего общая победа Большунова в Кубке мира этого сезона кажется неотвратимой.
«Само по себе это положительно скажется на нашем виде спорта, который остро нуждался в смене лидера после долгого и безоговорочного доминирования Норвегии, — говорится в статье.
— Остается только вопрос недоверия спортсменов к российской системе».
При этом Сетер всячески подчеркивает, что нынешняя команда очевидно чиста, и ни к кому из россиян вроде бы не может быть претензий, а Большунову было только 17 лет во время Олимпиады в Сочи, и он точно не участвовал в происходившем тогда, а теперь постоянно проверяется на допинг.
Однако тут опытный журналист подбрасывает половник дегтя, напоминая, что в российской команде до сих пор работает тренером Александр Бородавко, чей подопечный Евгений Дементьев был дисквалифицирован за допинг.
«Как Елена Вяльбе могла допустить подобное?» — кричит статья. А ведь Бородавко, ни много, ни мало — личный тренер в том числе именно Большунова.
«К сожалению, русские добиваются нынешних успехов, держась за лидеров команды и тренеров из того времени, и их сегодняшние успехи омрачаются влиянием допингового прошлого», — ни больше, ни меньше, хотя никаких фамилий, кроме Бородавко, автор больше не называет.
Завершается же материал и вовсе фразой-приговором: «Это грубый, циничный российский топ-спорт».
Вот такая вот ода Большунову. Что ж, наверное, подобный материалов и разговоров в любом случае не избежать, но это не повод не идти к своей цели.
И важно, что Александра, при всем желании, никто не воспринимает как продукт допинговой системы, а соперники уважают его.
В 2018 году он выиграл четыре серебряных медали на Олимпийских играх в Пхенчхане, куда попал, так как большинство лидеров российской сборной не допустили до соревнований, так и не опубликовав мотивировки решения. В прошлом сезоне Большунов занял второе место в борьбе за Кубок мира, уступив только Клебо, но в этом году он как никогда близок к тому, чтобы переписать историю.
Александр сейчас — самый сильный из универсальных лыжников и самый универсальный из сильных представителей своего вида спорта. Он действительно великолепен, и травма Клебо вряд ли на что-либо по-настоящему влияет — отрыв и так был значительным.
