Во вторник Министерство юстиции России наконец обнародовало данные, полученные специалистами немецкого банка Dresdner Kleinwort Wasserstein (DKW) в ходе оценки «Юганскнефтегаза», основного нефтедобывающего предприятия ЮКОСа.

Начальник главного управления Минюста по Москве Александр Буксман заявил, что DKW

оценил «Юганскнефтегаз» в $10,4 млрд.

И заодно отметил, что динамика погашения ЮКОСом налоговой задолженности, составляющей на данный момент $3,73 млрд, «ни Минюст, ни налоговые органы абсолютно не удовлетворяет».
В самом ЮКОСе утверждают, что компания уже заплатила $2,5 млрд из этой суммы.

Кроме того,

на счетах компании находится более $340 млн, «которые не списываются самими налоговыми органами и которые не могут списать судебные приставы-исполнители из-за действий налоговых органов».

Об этом говорится в официальном письме, направленном ЮКОСом во вторник руководителю Федеральной налоговой службы Анатолию Сердюкову.

Единственной реакцией на письмо опальной компании можно считать то, что спустя пару часов после заявления Буксмана из Министерства юстиции в РФФИ уже поступили официальные документы о продаже «Юганскнефтегаза».

Как и предполагала «RusTopNews.Online», документы, запускающие продажу основной добывающей дочки ЮКОСа, уже лежали наготове. Чиновники только ждали, когда получат бумаги от оценщика, чтобы инициировать продажу компании «за долги».

Судя по всему, уважаемый западный оценщик оказался в крайне неприятном для него положении: его использовали в качестве инструмента политической борьбы, выдрав из отчета сумму в $10,4 млрд. После высказываний Минюста в пресс-службе DKW взволнованно заявили, что

считают целесообразной обнародование заказчиком полной версии отчета, подготовленного специалистами банка.

Соглашение о конфиденциальности с заказчиком (с Минюстом) не позволяет DKW давать комментарии, в том числе и разглашать сумму, в которую оценена дочка ЮКОСа. Но в банке опасаются, что если цифра $10,4 млрд – единственное, что Минюст понял из их отчета, репутация DKW может пострадать. На рынке есть твердое убеждение, что

$16–17 млрд – нижний предел стоимости «Юганскнефтегаза».

Президент института энергетической политики Владимир Милов пояснил, почему: «Как раз такая цифра получается, если принять во внимание последнюю крупную сделку по продаже акций российской нефтяной компании – госпакета «ЛУКойла». 7,6% акций «ЛУКойла» были проданы западному инвестору примерно за $2 млрд, причем власти такая цена устроила абсолютно. Объем добычи «Юганскнефтегаза» составляет около 60% совокупной годовой добычи «ЛУКойла». Простейшие арифметические вычисления показывают, что цена дочки ЮКОСа исходя только из этого показателя составляет около $15,8 млрд».

Если же судить по запасам (в сравнении с остальными российскими НК и с учетом их рыночной стоимости), то, по оценкам Владимира Милова,

«Юганскнефтегаз» стоит и вовсе около $20 млрд.

Впрочем, при оценке компании помимо стоимости активов учитывают также политические и финансовые риски, в том числе налоговые задолженности – как заявленные, но еще не подтвержденные судом, так и те, которые компания уже выплачивает.

По мнению Милова, оценки рисков всегда довольно субъективны, зависят целиком от оценщика и, кроме того, должны учитывать вероятности наступления событий, которые, возможно, нанесут ущерб компании, а они далеки от научных выкладок и реальной стоимости компании.

Кредитный аналитик рейтингового агентства Standard&Poor`s Елена Ананькина высказала предположение, что

цифра, выдернутая Минюстом из отчета DKW, вполне может быть своеобразным «остатком» – стоимостью активов «Юганскнефтегаза» после вычета всех имеющихся и потенциальных претензий к компании.

«Не исключено, что эта цифра учитывает все обязательства, в том числе и кредиторскую задолженность и налоговые претензии как к ЮКОСу, так и к «Юганскнефтегазу». Возможно, здесь уже учтен и риск идущих в настоящее время проверок, в том числе и претензии Минприроды, касающиеся нарушений в использовании лицензий», – считает она.
Елена Ананькина также не исключает, что специалисты DKW могли учесть даже такой фактор, как продажа «Юганскнефтегаза» покупателю, «не одобренному властями» (хотя это и представляется маловероятным): «В этом случае

новому владельцу, возможно, придется столкнуться с новыми, совершенно непредсказуемыми сейчас проблемами,

например, с нарушениями в оформлении каких-нибудь документов, касающихся прав собственности».

В своем выступлении Буксман подчеркнул: «Оценщиком определен дисконт до 60% с учетом высоких рисков для потенциального покупателя. С учетом этого и выбрана компания, стоимость которой может покрыть существующую задолженность ЮКОСа. Исходя из вышеизложенного, нами выбрано имущество компании НК «Юганскнефтегаз» в форме пакета акций, стоимость которого может гарантировать покрытие существующей задолженности».

Участники рынка в один голос заявляют, что даже при столь заниженной оценке «Юганскнефтегаза» в России вряд ли найдется инвестор, способный выложить за него $10,4 млрд.

Впрочем, за весь вторник представители Минюста так и не объяснили, учитывает ли обнародованная ими оценка стоимости «Юганскнефтегаза» пресловутый дисконт. Если учитывает, то максимальная оценка предприятия по расчетам DKW должна составлять аж $26 млрд (за вычетом 60% от этой суммы как раз останутся те самые $10,4 млрд). И тогда «вилка», предоставленная Минюсту специалистами уважаемого банка, запросто вмещает в себя ровно один «Юганскнефтегаз», оцененный по «методике аукциона по продаже пакета акций «ЛУКойла» (26–10,4=15,6). Странно. И тоже не слишком положительно отражается на репутации DKW.

С другой стороны, вот уже год как любые сомнения разрешаются не в пользу ЮКОСа, и поэтому может статься, что чиновники примутся дисконтировать именно озвученные Минюстом $10 млрд. И тогда выйдет, что

дочка ЮКОСа стоит как раз $4 млрд, то есть чуть больше, чем долг ЮКОСа, который хочет взыскать Минюст ($3,73 млрд).

Дисконтной логики Минюста не поняли не только в ЮКОСе, но даже и в РФФИ. «Мы переводим заявление Буксмана на русский язык», – заявил официальный представитель РФФИ Владимир Зеленцов.