Будучи человеком социалистических, по большому счету, взглядов, я совершенно уверен, что Федеральная антимонопольная служба права и операторы сотовой связи вступили в картельный сговор с целью не допустить на рынок мелких конкурентов. Точно так же сердце подсказывает мне, что в картельный сговор с целью завышения цен на жилье вступили в Москве и строители жилья. На самом деле ни одно антимонопольное законодательство в мире не может исключить картельные сговоры, а может только объявить особо бесстыдные картельные сговоры незаконными, одновременно признав законными интеллигентные картельные сговоры.

То есть вполне может оказаться, что операторы мобильной связи вступили в законный картельный сговор, на чем они, собственно, и настаивают. Они же не говорят, что не предоставляли друг другу скидок. Они же не станут отрицать, что им благодаря этим скидкам вести бизнес было легче. Они же не спорят, что мелким операторам при отсутствии скидок вести бизнес труднее, чем если бы скидки были. Они же не станут отрицать, наконец, что крупной компанией быть легче, чем мелкой компанией. Они просто утверждают, что преимущества, которыми крупные компании пользуются, – законны.

С законами всегда так. Убивать вообще-то нельзя, но аборты делать можно, и можно убивать на войне. Воровать тоже нельзя, но воровать ворованное – пожалуйста (смотри дело ЮКОСа). Справедливость закона всегда относительна, и потому вершить закон трудно.

Некоторые абсолютно несправедливые вещи признаны, однако, совершенно законными, и Федеральная антимонопольная служба, даже если бы и хотела, не сможет начать проверки и возбудить уголовные дела.

Весь газ в стране принадлежит не то что одной компании, а почитай, одному человеку. Этот человек на абсолютно законном основании может использовать свою монополию на газ в политических целях так, как я, гражданин страны, и, следовательно, по справедливости совладелец ее недр, не хотел бы использовать газ. Но меня никто не спрашивает, и это законно.

Нефть в стране принадлежит разным людям. Но если бы я был Федеральной антимонопольной службой, я бы обязательно проверил встречи президента с Российским союзом промышленников и предпринимателей на тот предмет, не являются ли эти встречи картельным сговором.

А почему все нефтепроводы в стране принадлежат одной компании? Потому что компания эта принадлежит государству? Ах, если бы я был Федеральной антимонопольной службой! Я бы проверил государство на тот предмет, не является ли оно плодом картельного сговора бывших чекистов, бывших комсомольцев и бывших бандитов. Почему-то картельные сговоры такого уровня принято называть политикой, и это законно.

Я понимаю, Федеральная антимонопольная служба есть часть государства. И если часть организма начнет разрушать организм, то это уже будет похоже на раковую опухоль, а не на Федеральную антимонопольную службу. Именно поэтому ФАС интересуется картельными сговорами, которые осуществляют частные компании, и не интересуется картельными сговорами, осуществляемыми государством.

Но есть сфера деятельности, есть целая огромная отрасль экономики, про которую сам президент сказал, что она — в частных руках, и следовательно, ФАС может проверять ее, сколько влезет. Я имею в виду средства массовой информации, телевидение.

Если бы я был Федеральной антимонопольной службой, я бы обязательно проверил все частные телевизионные каналы страны на тот предмет, не вступили ли они в картельный сговор. Мне кажется, они нарочно договорились делать всем вместе одинаковые и скучные новости и не оставили в эфире ни одной свободной минуты и ни одной свободной частоты, в которых можно было бы показывать новости интересные и правдивые, выигрывая у всех остальных вещателей в честной конкурентной борьбе.

Почему, хотелось бы знать, это обстоятельство не беспокоит Федеральную антимонопольную службу?