В понедельник на совещании с членами правительства Владимир Путин заговорил о боях в национальных республиках на Северном Кавказе. В субботу кабардинские милиционеры столкнулись сразу с двумя небольшими отрядами, которые скрывались в частных домах на территории Нальчика. Четверых боевиков, среди которых были женщины, удалось взять живыми, еще трое были убиты. Согласно отчетам правоохранительных органов, все они оказались из карачаевского джамаата.

К моменту встречи Путина с чиновниками успела произойти еще одна стычка. На этот раз все случилось в Карачаевске, и боевики тоже сидели в квартире, но о ней президент не упомянул, вспомнив только о субботних событиях. «Я рассчитываю, что вы до конца отработаете все хвосты, которые могут появиться в ходе расследования этого дела. Я надеюсь, что это в целом хорошо повлияет на ситуацию в регионе, — сказал Путин, смотря на Рашида Нургалиева. — И пожестче с ними, пожестче».

В ответ министр внутренних дел стал рассказывать, что обезвреженные в Нальчике члены карачаево-черкесского джамаата готовили в России серию терактов, рассчитывая, видимо, что президент останется доволен срывом коварных планов.

Но вместо этого президент прервал министра и сделал ему замечание: «Не надо употреблять их терминологию. «Джамаат» какой-то. Бандиты, они и есть бандиты». Вообще-то Нургалиеву досталось зря. В арабском языке слово «джамаат» вовсе не является жаргоном боевиков, имеет вполне невинный смысл и может обозначать любое собрание людей, не обязательно террористов. Например, точно так же по-арабски пишется «университет».

Министр не стал возражать начальству и продолжил отчет. Нургалиев сообщил, что первые четыре арестованных человека были всего лишь пособниками, а боевиками он назвал только тех троих, что были убиты, поскольку «переговоры не дали результатов». Жертв со стороны силовых структур и жителей города не было. Пособники же на допросах выдали место в Нальчике, где собирались бомбы и хранилась взрывчатка. Это был гараж, где, по словам министра, нашли тротил, гексоген, четыре самодельных взрывных устройства, электронные платы с часовыми механизмами, а также карты Кабардино-Балкарии и Ставропольского края.

К тому моменту как Путин приказал не называть джамааты джамаатами, запрещенное слово успело промелькнуть в докладе начальника ЦОС ФСБ Сергея Игнатченко, который с утра рассказал журналистам об уничтожении в Ингушетии боевика-араба Абу Дзейта и двух его сообщников. Охотились за ним давно, поскольку этот человек считался одним из организаторов июньского похода на Назрань, а осетинские милиционеры даже одно время считали, что его труп был среди тел террористов, захвативших школу в Беслане.

Впрочем, ингушские милиционеры опровергали это и говорили, что они успели убить Абу Дзейта в Малгобеке еще до захвата школы. Однако окончательно расправиться с ним удалось только в прошлую среду. По словам Игнатченко, после убийства сообщников араб спрятался в специальном бункере, оборудованном под домом, а когда спецслужбы нашли вход, Абу Дзейт взорвал себя. Сомнений в том, что это был именно он, у ФСБ не осталось. По словам Игнатченко, труп уже опознали. Уничтожение Абу Дзейта для спецслужб большая удача, поскольку он считался эмиром ингушского джамаата.