Цивилизация
В Москве простились с погибшими в Центральноафриканской республике россиянами — журналистом Орханом Джемалем, режиссером Александром Расторгуевым и оператором Кириллом Радченко.
30 июля российские граждане были убиты в ЦАР, они находились в стране для съемок документального фильма, предположительно, о деятельности российских частных военных компаний. Журналисты были направлены в африканскую республику «Центром управления расследований», которым руководит Михаил Ходорковский. Напомним, что деятельность ЧВК запрещена в РФ на законодательном уровне, а участие в них влечет уголовное преследование.
В то же время Центральноафриканская республика считается одной из самых опасных горячих точек в мире, здесь на протяжении последних нескольких лет продолжается гражданская война, а официальное правительство контролирует лишь небольшие территории. Российские журналисты выехали вечером из столицы ЦАР Банги и направились в город Бамбари, однако отклонились от маршрута. В результате на них было совершено нападение, а россияне были расстреляны. Позже выяснилось, что их поездка была оформлена как туристическая, в связи с чем у них возникали проблемы с местными правоохранителями.
Африканист, профессор ВШЭ Иван Кривушин рассказал в беседе с «Газетой.Ru» о том, какая ситуация сложилась в самом небезопасном государстве мира.
— Какие группировки, действующие в ЦАР, можно считать ключевыми?
— На территории ЦАР действуют приблизительно 14 вооруженных группировок. Наиболее сильные и влиятельные из них — ополчение «Антибалака» (христиане и антимисты), контролирующее юго-западную часть страны; четыре мусульманских формирования, вышедших из бывшего движения «Селека», — «Народный фронт за возрождение Центральной Африки» (НФВЦА), в руках которого находится север страны, «Патриотическое движение за Центральную Африку» (ПДЦА), действующее на северо-западе, «Патриотическое объединение за обновление Центральной Африки», контролирующее запад префектуры Верхнее Котто, и «Союз за мир в Центральной Африке» (СМЦА), доминирующее на юге.
Кроме того, здесь функционируют движение «Революция и справедливость» на северо-западе ЦАР, состоящее из христиан и враждебное по отношению к мусульманам и фульбе; группировка «Три R» (Retour, Réclamation et Réhabilitation) на крайнем северо-западе страны, выступающая в защиту фульбе и против «Антибалака».
И, наконец, контроль над юго-востоком пытается установить печально известная угандийская «Армия сопротивления Господа».
В настоящее время приблизительно 60% территории ЦАР находится в руках четырех движений — наследниц «Селеки». Можно сказать, что страна разделена на две части: юго-запад под властью «Антибалака» и северо-восток под властью бывшей «Селеки».
Однако сложность нынешней ситуации в ЦАР заключается в том, что прежний конфликт между «Антибалака» и «Селека» в последние годы фрагментировался, прежде всего, из-за распрей среди мусульманских группировок — между коалицией НФВЦА и ПДЦА с одной стороны, и СМЦА за контроль над золотыми и алмазными месторождениями и за стратегически важный город Бамбари.
При этом этнические противоречия стали преобладать над религиозными. Так, НФВЦА опирается на поддержку народностей гула и рунга, ПДЦА — на арабов, а СМЦА — на фульбе.
Кроме того, НФВЦА для борьбы с СМЦА даже заключил соглашение с некоторыми группировками «Антибалака», то есть с христианами против своих единоверцев. Правда, в апреле этого года лидер НФВЦА Абдулай Иссен под предлогом «нападения на мусульман в Банги» попытался создать единый фронт мусульман против правительства и сил ООН, однако остальные группы бывшей «Селеки» отказались вступить с ним в союз.
— Как происходит взаимодействие между группировками? Существуют ли в ЦАР демаркационные линии?
— Некоторые группировки находятся между собой в союзе, некоторые воюют друг с другом, порой боевые действия ведут отдельные фракции группировок. Периодически подписываются соглашения о прекращении огня, которые очень быстро нарушаются. Поэтому стабильных демаркационных линий разграничения, естественно, быть не может.
Фактически страна разделена на феодальные владения лидеров вооруженных группировок (warlords) с постоянно меняющимися границами.
Границы эти определяются блокпостами, а внутри своей территории каждая группировка самовольно собирает налоги и пошлины, а также получает немалые прибыли от незаконной торговли золотом, алмазами, железной рудой, кофе и древесиной.
— Имеет ли официальное правительство реальную власть в стране? Какие территории оно контролирует?
— До недавнего времени контроль официальных властей не выходил за пределы столицы Банги, однако при активной поддержке ООН и африканских государств им постепенно удалось добиться хотя бы формального признания своего суверенитета над многими районами, контролируемыми вооруженными группировками.
Выражается это, прежде всего, в процессе признания на местах назначенных правительством префектов и супрефектов. К концу 2017 года были заполнены должности 14 из 16 префектов и 63 из 71 супрефектов. Правда, вооруженные группировки нередко пытаются оспорить ту или иную кандидатуру или помешать назначенному Банги функционеру исполнять свои обязанности.
В то же время властные возможности этих должностных лиц весьма ограничены и часто ограничиваются рамками их резиденции, а в случае ухудшения отношений местной вооруженной группировки с правительством им приходится спешно ретироваться. Поэтому приходится признать, что на большей части страны сохраняется вакуум легитимной власти.
— Какие иностранные силы действуют в ЦАР и с какими группировками они сотрудничают?
— Из числа африканских соседей самый важный внешний игрок — Чад, который в 2013 году поддержал восстание «Селека» и приход к власти Мишеля Джотодиа, поэтому многие до сих пор подозревают, что президент Идрис Деби продолжает разыгрывать центральноафриканскую карту, действуя через НФВЦА.
В числе мотивов северного соседа называют, в первую очередь, желание поставить под контроль алмазные и нефтяные месторождения ЦАР и даже стремление аннексировать северную часть страны.
Поскольку Деби является одним из главных африканских союзников Франции, которая в 2013 году отказалась прийти на помощь президенту ЦАР Франсуа Бозизе, некоторые склонны видеть в приходе Джотодиа к власти и «руку Парижа». Однако на самом деле ЦАР мало интересует Францию с торгово-экономической точки зрения, и ее военная интервенция в эту страну в 2013 году, санкционированная ООН, была вызвана лишь желанием сохранить политическое влияние в регионе в целом.
Вообще вся история взаимоотношений Парижа с этой бывшей французской колонией, начиная с эпохи Жан Беделя Бокассы, служит прекрасным доказательством того, что лучше не вмешиваться в «центральноафриканскую кашу».
