Цивилизация
Реализация «закона Яровой» о хранении данных может обернуться многомиллионными штрафами для мобильных операторов. Как сообщают «Ведомости» со ссылкой на исследование Института исследования интернета, «пакет Яровой» предполагает хранение личных данных граждан, в том числе и граждан Европейского союза, что будет противоречить законам ЕС.
Европа приняла новый регламент о защите персональных данных, который начнет действовать 25 мая 2018 года. Он предполагает создание специального органа власти в каждом из государств Европейского союза, который будет следить за соблюдением прав в этой области.
Нарушение регламента штрафуется на сумму до €20 млн, или до 4% от годовой глобальной выручки, если эта сумма окажется больше.
Когда «закон Яровой» и предлагаемые им нормы о хранении содержания разговоров и переписки вступят в силу в июле 2018 года, операторы связи будут действовать вразрез с европейским законодательством.
«Если рассчитывать штраф, отталкиваясь от последней цифры, большой четверке российских операторов придется заплатить штраф суммарным размером около 45 млрд руб.», — сообщает издание.
Аналитик Российской ассоциации электронных коммуникаций (РАЭК) Карен Казарян рассказал «Ведомостям», что в «законе Яровой» не существует норм, которые запрещают хранение трафика иностранных граждан — он распространяется на всех без исключения.
Например, в Европе подобные законы действуют избирательно: под них подпадают только отдельные лица, действия которых могут нести угрозу национальной безопасности. Кроме того, разрешение на прослушку в любом случае выдается спецслужбами.
Откладывать не надо
Впрочем, выполнение «закона Яровой» все еще кажется неоднозначным и вызывает вопросы. Ранее Министерство связи и массовых коммуникаций России поддержало идею Российского союза промышленников и предпринимателей о финансировании реализации пакета антитеррористических поправок за счет абонентов.
«Представитель Минкомсвязи, участвовавший в заседании, сказал, что это одна из идей отрасли. Звучит она разумно, но вопрос в том, будет ли поддержана правительством», — рассказала глава департамента внешних коммуникаций министерства Екатерина Осадчая.
Таким образом, дорогостоящие мероприятия для «создания, модернизации и эксплуатации систем, необходимых для реализации требований по хранению трафика» предлагается переложить на плечи абонентов в рамках «специального платежа». Контролировать сбор средств будет Минкомсвязь.
Сложность реализации «закона Яровой» вынудила правительство выступить с инициативой отложить его вступление в силу на 2023 год, однако руководитель Министерства связи и массовых коммуникаций Николай Никифоров заявил, что необходимо лишь поэтапное внедрение, которое не стоит откладывать на пять лет вперед.
Вице-премьер Аркадий Дворкович в свою очередь также высказался против переноса, но отметил, что в закон необходимо внести некоторые изменения, чтобы не допустить резкого роста цен на услуги связи. Не исключено, что в будущем среди поправок окажется и та, что защитит граждан ЕС и при этом не нарушит европейских законов.
«Законопроект относил дату начала реализации норм на 2023 год. Позиция правительства: нужно не относить начало реализации этих требований, а вводить их поэтапно», — отметил Дворкович.
«Пакет» обоснован и необходим
Пакет антитеррористических поправок от Ирины Яровой был принят летом 2016 года. Этот закон устанавливает требования к хранению личных данных пользователей и обязывает мобильных операторов и провайдеров хранить на своих серверах информацию о фактах передачи сообщений в течение одного года.
Кроме того, если сервис поддерживает шифрование данных, компания по запросу ФСБ обязана предоставить ключи для расшифровки.
Президент России Владимир Путин назвал «пакет Яровой» обоснованным и необходимым инструментом в борьбе с терроризмом.
«Закон, который мы приняли, говорит о необходимости более долгого сохранения информации компаниями, которые занимаются интернетом, связью и так далее. При этом сущностная, личная информация может быть получена спецслужбой или правоохранительными органами только по решению суда. Такой закон действует в Соединенных Штатах, в Канаде, в Австралии и во многих других странах», — заявил глава государства.
