Марина Зудина, Игорь Верник и Андрей Бурковский в спектакле Константина Богомолова по пьесе Вуди Аллена в МХТ

Своим юмором новый спектакль Константина Богомолова во многом обязан тексту пьесы Вуди Аллена «350 Сентрал-парк Вест, New York, NY 10025», написанной знаменитым кинорежиссером в 1995 году. Сюжетно комедия отталкивается от тривиальной затравки (уход мужа из семьи), но располагается в поле диалога, в котором важен каждый интонационный и смысловой обертон, парадокс и реприза.

Героиня Марины Зудиной, успешный психоаналитик Филлис, «распечатывает» свою соперницу и старинную подругу Кэрол (Александра Ребенок) с ловкостью умной женщины и одновременно с яростью обманутой жены. Одинокая попойка вначале превращается в плохо, а потому очень смешно спланированный поединок, в который шаг за шагом вовлекаются: слабая на передок подруга героини, ее шизоидный и несчастный муж (Андрей Бурковский в парике с залысинами), виновник драмы — красавчик Сэм (Игорь Верник со спортивной сумкой Wilson наперевес) и, под занавес, андрогинное существо в балетках — 20-летняя избранница Сэма и будущий киномонтажер в исполнении Евгения Перевалова.

Вуди Аллен строит пьесу на смешении психоанализа и абсурдности происходящего, где каждый пытается отстоять свою правду и одновременно лжет на каждом шагу.

Звездный состав «350 Сентрал-парк» — конечно, бонус для публики, но ни одна из звезд здесь не тащит одеяло на себя.

Дышащий в унисон ансамбль богомоловского спектакля оттюнингован по точно взятому настроению, интонации и стилю, в которых смешаны меланхолия и цинизм, веселый взгляд на человеческие драмы и жалость к их жертвам.

Музыкальные вставки, почти целиком транслируемые из динамиков, останавливают время быстротекучей комедии и для зрителя, наполняющегося внезапной тоской по ушедшим временам собственной личной драмы, и для актеров, которые, слушая вместе с нами Армстронга, как бы припоминают свою жизнь.

Играют они все отлично: Марина Зудина — острую на язык, ни разу не сомневающуюся холеную бабу, одетую и живущую со вкусом, Александра Ребенок — лохматую блондинку-секси в розовом платье, поверх которого надета норковая шубка цвета, аттестованного Филлис как «рвотный». Бурковский — задрота Говарда, на поверку оказывающегося не таким уж вялым, как про него думают. Верник — прямолинейного и попадающего впросак «американца», Перевалов — растерянную дурочку Джульетт, ожидающую от судьбы подарков и не знающую, куда деть свои руки-ноги.

У режиссера Богомолова сложился своеобразный имидж, благодаря которому от него в каждом новом спектакле ждут или радикальности подхода к тексту (особенно если этот текст классический), или холода филологической красоты прозы, как в случае со «Льдом» по Владимиру Сорокину, которого он ставил в варшавском Национальном театре и привозил в Москву.

Вместо всего этого в спектакле-квартирнике на Малой сцене МХТ (сценограф Лариса Ломакина обставила ее по периметру бежевыми диванами) есть кажущаяся простота и безыскусность театра, которая оборачивается тонкой работой с жанром и «оркестром» актерских партий.

Сколько комедий зарубежных авторов погублены нашим театром, превращающим англосаксонских и прочих героев в плохо русифицированных «Джона» и «Мэри»?

А в мхатовском «Сентрал-парке» артисты, хорошо освоив проблемы манхэттенских благополучных буржуа 1990-х, вышли в чистую область игры — не только на нервах друг у друга, но и с ветхим жанром «драмеди», где смех и слезы связаны неразрывно.

Есть и еще один подарок: нейтрализовав ремесленничество как страшный порок современной сцены, Богомолов позволяет нам встретиться с не замыленной ничем (в том числе и пресловутой медийностью) индивидуальностью каждого из артистов. Чудесная манерность Александры Ребенок, потрясающее спокойствие Марины Зудиной, позерство и одновременно беззащитность Игоря Верника представлены здесь и сами по себе, временами как бы совпадая с далекими «Филлис», «Кэрол» и «Сэмами», но по большей части — представая во всей своей органике, женской и мужской. Так внутри жанра обретает себя подлинное и страшно откровенное человеческое содержание — похоже, секрет благодарной реакции битком набитого зала Малой сцены именно в этом.